Dance Open 2019:
«Коппелия», хореография: Пьер Лакотт
в исполнении Венского государственного балета

Анна Гордеева специально для Dance Open

Тайна девушки
с книжкой

«Коппелия» — первый в мире балет, рассказывающий о том сражающем впечатлении, что производят на мужчин интеллектуальные увлечения женщин. Вот существует прекрасная парочка Франц и Сванильда, дело идет к свадьбе — и вдруг Франц видит в чужом окне девушку с книжкой, которая не обращает на него ни малейшего внимания — чтение, видимо, интереснее. Тут же ссора с невестой, все идет наперекосяк: таинственная незнакомка становится важнее всего на свете. У Гофмана, что впервые рассказал эту историю, главных героев звали иначе, а кончалось все очень плохо — сумасшествием героя и его самоубийством. Но блестящий парижский хореограф Артур Сен-Леон, в 1870 году превративший гофмановскую мрачную фантазию в счастливый и полный шуточек спектакль на музыку Лео Делиба, всех оставил в живых и закончил дело уверенной свадьбой с блестящими танцами на ней.

Сто лет спустя сен-леоновскую версию балета (первую в истории, но далеко не последнюю: «Коппелию» за прошедший век ставили немало, в том числе и в России) воскресил в Парижской опере Пьер Лакотт. Он тогда только прославился своей «Сильфидой», где постарался воссоздать текст Филиппо Тальони; впереди была полная больших работ карьера — именно он ставил затем «Натали» для Екатерины Максимовой в Москве и «Марко Спада» для Нуреева в Риме, а XXI век принес «Дочь фараона» в Большом, «Ундину» в Мариинском и «Пахиту» в Париже. Лакотт — знаток старины, но не точный копиист ее: его работы передают очарование эпохи, а не дословные балетные тексты. Если он считает, что за прошедшие со дня премьеры столетия в балете появилось что-то принципиально важное — он не выкидывает это ради исторической точности (так в «Сильфиде», как известно, на пуантах танцевала только Мария Тальони, кордебалет был в туфлях; у Лакотта же все девушки танцуют на пальцах). Так и с «Коппелией»: Лакотт восстановил старинную пантомиму, утраченную в первой половине ХХ века, разучил с труппой характерные танцы (в Европе к тому моменту почти позабытые), но упрощать текст отказался. И отдавать главную мужскую роль девушке он тоже не стал. Партия Франца вполне себе мужская, с полным ассортиментом мужских трюков. В результате получился спектакль весьма сложный по танцам, и по нему можно изучать разнообразие французской мелкой техники.

Именно это, должно быть, и привлекло худрука Венского балета Мануэля Легри, когда он решил позвать мэтра для переноса спектакля в свою труппу (премьера будет только в январе 2019 года). Легри, много лет блиставший на сцене Парижской оперы, требует от нынешнего своего театра той же виртуозности и той же чистоты стиля, что и в Париже. И теперь все эти крохотные па, ювелирные заноски, маленькие усмешки — то, чему учеников французской школы учат с первых школьных дней — все это счастливо обосновывается в Вене и составляет отныне славу и Венского балета.